Карфаген должен быть разрушен

Ты всегда знал: Карфаген должен быть разрушен.
Я видела руины в твоих глазах.
Этим утром на остановке. Печально. Душно.
Ты стряхивал на асфальт финикийский прах.
Тогда ещё солнце слепило транспорт:
Разговоры пестрили от междометий.
Где-то вдали друг друга любили на спор
Чужие нам бабушки и неродные дети.
Ночные ларьки умывались росой проспекта,
райские открывая врата для грешников.
автобус не ехал, не летела ракета.
Хотелось прикончить хоть одного здешнего.
помнишь, глазела на тебя чрезвычайно жадно,
Ты чувствовал касание взгляда шеей.
Потом мы как-то возвращались обратно
Вместе постостановочной аллеей,
И я в рукав вцепилась твой, как собака,
узнавшая потерянного хозяина.
Лаяла, скулила, и даже лапа
Вместо ладони царапала нечаянно
Твой полуразрушенный Карфаген.
Люди думали,что мы чем-то болеем:
Нецензурным ли диагнозом стен
или чем-то, существующим в самом деле.
Ты всегда знал: за гранью должно быть больно
Дышать. В голове - засела помеха.
Я всё так подобострастно помню,
кроме того, куда же тогда ты ехал.