Ave, 2012

Звезду Полынь укроет тень
Луны,
глядящей с укоризной.
Мы не заметим Судный день
за суетой
обычной жизни.

Мы не заметим Судный день,
в посудной лавке - неподсудны.
А то, что мы умишком скудны,
так это, право, дребедень.
Такая, право, дребедень.

Семь казней-козней - трын-трава,
страшилка
древнего Египта,
и Божий глас для нас - слова,
с небес
нам брошенные хрипло. 

Мы не заметим Судный день,
в посудной лавке - неподсудны.
А то, что мы умишком скудны,
так это, право, дребедень.
Такая, право, дребедень.

А то, что свет дневной в ночи,
во мраке
сгинул безвозвратно -
для нас лишь отказавший чип
и сбой
объектов гигаваттных. 

Мы не заметим Судный день,
в посудной лавке - неподсудны.
А то, что мы умишком скудны,
так это, право, дребедень.
Такая, право, дребедень.

И не понявши ничего
и не заметивши
знамений,
мы, как и жили, проживем
свои
последние мгновенья...