Я думал о верблюде…

В тени густых прелюдий,

где отдыхают люди

под мюзикл ублюдий,

я думал не о блюде

вчерашнего меню, -

и даже не о блуде

при всем почтенном люде, -

ведь я моей Гертруде

не в жизнь не изменю

в Останкинской запруде!

Я думал о верблюде,

как о пустом сосуде

в гудящем пересуде

и бранном самосуде,

как полный самосвал.

В удушливой засаде

я плакал о Саади

и бредил о Махмуде

и бормотал о Будде,

но прежде – о верблюде

я громко тосковал.

Я думал, как зануда

в тисках зубного зуда,

и верил только в чудо,

желая твердо знать -

на сто четыре пуда:

успел ли я, паскуда,

едва удрав отсюда

на вотчину Талмуда,

как непокорный зять,

и проникая в Тору,

и требуя повтору,

успел ли я к забору -

верблюда

привязать?..

2005